тел. 8 (4212) 21-11-64

История организации

1980-2000-е годы

Опубликовано  21.09.2012 | История организации

« 1 2 3 4 5 »  8 стр.

  Как-то незаметно ХХ век, который воспринимался как современность, ушел в историю. Пространство творения 1980-х,  отмеченное политическими и социальными потрясениями и сломом всей идеологической системы России, не было простым. Это время противоречивых тенденций и влияний, быстротечных общественных увлечений и разочарований. Время непредсказуемого завтра, к тому же содержащее в себе – как и каждый момент – прошлое, настоящее и будущее. И все же этот переломный период неотделим от предыдущего времени, так как ткань художественной жизни Дальнего Востока неразрывна и с большой долей условности может быть представлена в виде отдельных хронологических отрезков. Новое художественное поколение – это люди преимущественно 50-х начала 60-х годов рождения - участники сегодняшних  выставок, а также завтрашних, которые нам еще предстоит увидеть. Важным событием  художественной жизни стало открытие в октябре 1982 года выставочного зала Хабаровской организации СХ России. В 1993 г. на базе выставочного зала была организована Картинная галерея им. А. М. Федотова, автором концепции была искусствовед Т. А. Давыдова.  В эти годы продолжается  активное формирование тематических коллекций современного искусства: Дальневосточный художественный музей (В. А. Запорожская, Л. Г. Козлова, Т. В. Лементович, С. Ю. Жук). С начала 1980-х в ДВХМ и галерее им. А. М. Федотова состоялись интересные выставочные проекты, ассоциировавшиеся с ритмом и дыханием нового времени.

  Достойно были представлены наши мастера и на зональных выставках «Советский Дальний Восток» в  Чите в 1980 г. (V),  во Владивостоке в 1985 г.  (VI) и «Дальний Восток» в Якутске в 1990 (VII),  1997 (VIII),  2003 (IX), 2009 (Х) в Хабаровске. Положительную роль сыграли организация и проведение в 1990-е годы молодежных региональных выставок, способствовавших интеграции нового поколения мастеров изобразительного искусства в творческую среду. К сожалению, в край перестали приезжать выпускники ведущих художественных вузов России, как это было ранее, и это, без сомнения, отрицательно сказалось на формировании культурного пространства.  

  В начале 1980-х годов продолжает энергично творить опытная генерация живописцев: Н. Е. Баранчук, А. И. Бельды, В. Н. Высоцкий, Н. П. Долбилкин, В. П. Дроздов,  Г. С. Зорин, Г. И. Кабанова, А. М. Кобылкин, В. Д. Овчинников, И. С. Петухов, В. Е. Романов, В. П. Степанов, В. М. Торгашин, Н. Ф. Чайкин, Б. Г. Шахназаров, А. М. Федотов, С. М. Федотов, Е. М. Фентисов, В. И. Фомин и более молодые: С. Н. Золоторев, А. П. Лепетухин, А. Д. Блажнов, Ю. И. Желудев, А. А. Нежинский, В. В. Романова, В. П. Пащенко, С. И. Петухов, В. Т. Сахатов,  М. Г. Татьянина, П. П. Трач, В. И. Федоров и многие др.

  Запоминающимся явлением стала активная деятельность группы «Пять» [11, c.34-41].  Панорама творческих поисков этого времени отчетливо выявилась в деятельности объединения, которое в октябре 1988 г. представило зрителям свою первую выставку.  Члены группы Г. Ф. Арапов, И. В. Кравчук, А. А. Паукаев, В. П. Хрустов, И. Е. Шабалин - выпускники художественно-графического факультета ХГПИ разных лет, много и напряженно работали, проводили совместные пленэры (Сикачи-Алян, с. Славянка и др.), а потом организовывали выставки. Единая интеллектуальная среда только отчасти  сближала  творческие установки художников, так как несмотря на общие идеи, каждый работал исключительно в соответствии со своими художественными предпочтениями. С первых выставок участники группы «Пять» открылись как яркие художники, обогатившие  художественную ситуацию и задавшие новый ракурс видения традиционных тем, а также проявившие интерес к  актуальным практикам (Г. Ф. Арапов). Картина мира в произведениях художников предстала многомерной: насыщенной энергией (Г. Ф. Арапов), романтически приподнятой (В. П. Хрустов), драматически сложной и иррациональной (А. А. Паукаев), живой и осязаемой (И. В. Кравчук), и обретшей эпическую глубину вневременного события (И. Е. Шабалин). Для некоторых участников группы  было характерно циклическое развертывание творческих тем в живописных и графических сериях. Выставки следовали с 1988 по 1993 г. одна за другой, а затем с 1996 г. не столь часто и в измененном составе (к группе примкнули А. П. Лепетухин и Ю. И. Дунский «Пять + два»). Они охватили широкий географический спектр. Резонанс выступлений группы «Пять» олицетворял время 1980 - 1990-х годов с экспериментальной смелостью, новой живописной эстетикой и запомнился зрителям своими  презентациями.          

  У каждого поколения художников свое бытие, у каждого мастера свое отношение к истории. В 1980-е  годы опытные живописцы продолжают творить в историческом материале, отражая тяжкие прожитые годы войны  (В. Е. Романов «Ленинградцы», 1984; В. П. Степанов «Сталинград», 1985, КГФ и др.). Они были опалены ее дыханием, помнили бедствия и потери, и время в их холстах насыщено героикой подвига. Драматизм мировосприятия, неравнодушие отличает работы 90-х годов В. П. Дроздова. В них печаль об одиночестве сиротского  детства («Дом ребенка. Тихий час», 1996),  беды  современности - трагическая афганская тема («Я убит, мама», 1999) и произведение мощной гражданской направленности, соединяющее нити истории («Марш «Прощание славянки», 1998 – 2004 г.). Творчество художника обращено к нравственному бытию современника. Выступая с ясной эстетической программой и развитой сюжетной линией своих произведений, В. П. Дроздов утверждает идеалы гражданственности. Он один из немногих, кто развивает традиции тематической картины. Холсты носят исповедальный характер, в них боль за судьбу отечества, трагедия бездуховности общества.

  Вечная тема памяти павших, обогащение ее личными оттенками переживаний прочитывается в холстах тех, кто не пережил трагедии войны лично (С. И. Петухов «Опаленные весны», 1985, КГФ).  Немолодые герои  холста Н. И. Вагина «Светлая память»  (1995) сдержаны в эмоциях, и мы вместе с ними с болью вспоминаем тех, кого в этот цветущий черемухой день нет рядом. Обновленный интерес к  осмыслению героического прошлого страны характерен для А. А. Чайки, который использует стилистику иконописи, повествуя о природе ратного подвига наших отцов («Защитникам Отечества», 1995; «За Родину», 2006).  В картине «Защитникам Отечества»  ставится вопрос о поколениях – их разделенности  и единстве, нерасторжимой связи с судьбой  родины. Автобиографичность – неотъемлемая черта творчества любого художника, но у А. В. Михалевича она обрела исповедальный характер.  Катапультируя зрителя в советское прошлое, мастер «стягивает» время в мощную спираль, воссоздавая крутой исторический маршрут в цикле работ персональной выставки «Из опыта работы над визуальной автобиографией, выполненной в свободное от основной работы время» (2005). Прошлое реформируется в архитектурном пейзаже, эмблемах  и лозунгах, точно маркирующих историю страны. Убедительный авторский ход позволяет зрителю самому вести  диалоги с прошлым, а прием панорамной фиксации событий в композициях создает иллюзию временной перспективы.

  В живописи художников очевидна потребность творчески реконструировать прошлое, «увидеть» его не только через собственный жизненный опыт, но и легенду, миф, пробуждая культурный резонанс в душе. Расширяется временной диапазон, охватывая события библейской истории в холстах  А. П. Лепетухина. Художник в самой атмосфере священной истории, на контрасте между развертывающимся на наших глазах библейским мотивом и собственными размышлениями, достигает полноты прочтения замысла. Некоторые композиции Александра Рябчука - словно ожившее эхо эпоса, песен и легенд. Они увлекают зрителя в мир старинной сказки, и станковая картина приобретает черты живописного повествования.  Характерно, что освоение исторического  пространства живописцами  1980 – 90-х годов становится  сложнее. Некоторые из них выстраивают опосредованные связи между прошлым и современностью. Интерпретируя отдаленные события, мастера вовлекают зрителя в диалог о преемственности духовных ценностей.  

  Портретный жанр становится более индивидуализированным. Острота чувств и переживаний передана в портрете Н. Долбилкина «Искусствовед Людмила Тарвид» (1994), сдержанностью нравственного выбора отмечен портрет кисти В. П. Дроздова «Хранительница мужества. Дорохина Агриппина Николаевна, основательница Албазинского музея краеведения» (1986), преданность избранному делу прочитывается в «Портрете Г. Е. Рослякова» (1991) кисти В. И. Фомина. Дыхание смутного перестроечного времени 1990-х годов  отразилось в портретах-картинах Станислава Шаронова. Они - пример уникального творческого опыта современности, сильны внутренней честностью,  показом разорванности социального бытия человека, его одиночества в мире утраченных иллюзий. Люди - печальный отпечаток времени, когда и в сознании, и в реалиях мир для многих рухнул, и мгновенно девальвировалось то, что всегда казалось незыблемым. Портреты остро психологичны, и люди словно уходят в небытие, будучи живыми («Цыганка», 1990, КГФ;  «Продавщица ваучера», 1993; «Ветеран. Май 1993 года», 1996). Само время говорит с нами  трагическими лицами его героев. Художник смог творчески ассимилировать наследие отечественной реалистической школы ХХ века. В портретах  ощутима приверженность традициям отечественного реалистического искусства с его социальным началом, нравственностью и силой обобщения. Иной по своим качественным характеристикам портрет представлен В. П. Хрустовым, отмеченный, как всегда, тонкими духовными состояниями и некоторой недосказанностью. «Нанайские девушки» (ДВХМ) овеян романтическим светом и полон энергии, как и «Портрет И. Шабалина» (1990, ДВХМ). Портреты Виктории Романовой написаны на одном дыхании, в них скрыта энергия движения,  передано сходство и эмоциональное состояние  («Наталья Соболевская», 1991, «Портрет актрисы Татьяны Проняковой», 1995, ДВХМ). По-своему выразительны трогательные и сосредоточенные дети в портретах Ильи Лиханова («Портрет сына», 1988, ДВХМ; «Дима», 1992, ДВХМ).

« 1 2 3 4 5 »  8 стр.